мы стояли у могилы, зная, что его тело, глаза и волосы еще существуют, правда уже изменившись, но все-таки еще существуют, и что, несмотря на это, он ушел и не вернется больше.
это было непостижимо.

наша кожа была тепла, мозг работал, сердце гнало кровь по жилам, мы были такие же, как прежде, как вчера, у нас было по две руки, мы не ослепли и не онемели, всё было как всегда. но мы должны были уйти отсюда, а Готтфрид оставался здесь и никогда уже не мог пойти за нами. это было непостижимо.

Эрих Мария Ремарк